Аннотация: Житейские истории о волшебниках (история первая "скрипка нарисованная на стекле")
Житейские истории о волшебниках
(история первая "скрипка нарисованная на стекле")
В городе стояла летняя ночь. Веяло прохладой - необыкновенно приятной, после жаркого дня.
Тёмными прямоугольниками во дворах прикорнули автомобили. Медленно остывая и наслаждаясь опустившейся с приходом темноты, сочной - как надкусанное яблоко, свежестью. Отдыхая после трудового, наполненного светофорами и дорожными пробками, дня. Перемигивались красными точками сигнализации пересказывая соседним машинам свои сны азбукой морзе.
Распускающиеся после заката цветы одуряющее пахли. Свешивали раскрывшиеся бутоны с бетонных поребриков. Клумбы, в форме вытянутых ромбов, на протяжении всей улицы до площади Сибиряков-Гвардейцев. Но аромат ночных цветов ощущался не более чем единым мазком в густой живописи ночной прохлады.
Город спал. С площади, в лица двум, держащимся за руки, парню и девушки дышал спящий мегаполис. Слегка шевелились листья субтильных клёнов - тёмно-зелённые, держащиеся за длинные, хлёсткие ветви. Пахло новой резиной, старым раскрошившимся бетоном, пролитым машинным маслом, цветами и зеленью.
Уличные фонари уже отключились - погасли разом тысячи бусинок света. Мосты погрузились во тьму. В небе ярко серебрилась ущербная луна. С земли, небесному светилу, отвечали редкие освещённые окна, да витрины круглосуточных магазинов. Негаснущая реклама и подсвеченные вывески пустых и запертых контор: чьим сотрудниками, в тот момент, должно быть грезились сновидения о них самих.
Молодые. Скорее всего (судя по их беспечности) студенты с первого до четвёртого курса - в свете луны не разобрать. Влюблённые. Счастливые - владеющие бесконечно огромной летней ночью. Держались за руки. Они неторопливо шли к площади Гвардейцев. Мимо неразличимых в темноте ромбических клумб. В неуловимом, точно мираж, облаке пряного цветочного запаха.
Парень говорил: -...четверо из пяти человек пробовали писать стихи. Трое из четверых, в своё время, изрядно подсели на рифмованные чувства. Двое из трёх считают, или считали, себя поэтами. Оглянись - двое из каждых трёх твоих знакомых пишут или когда-то писали стихи. Некоторые даже хранят их дома, пряча не столько от остальных, сколько от самих себя. Разве не здорово: двое из трёх встреченных, например по дороге в институт, случайных прохожих - певцы без голоса.
Девушка рассеяно кивнула.
Вдалеке послышался тихий скрип. Будто какой-то спящий на резиновых шинах-подушках автомобиль повернулся, не просыпаясь, на другой бок.
-Ты пишешь стихи?- повернув голову и осмотрев близкое (на потемневшем фоне выглядевшее бледным) лицо любимого - спросила девушка.
-Нет- солгал парень. Он хотел казаться особенным. А четверо из пятерых чиркали строчки. И двое из трёх, втайне, продолжают делать это до сих пор. По крайней мере пока остаются молодыми или влюблёнными. Совсем как он.
Свободной рукой девушка отбросила упавшую на лоб чёлку: -Я когда-то писала...
Он ждал, но больше ничего не было сказано. Тогда парень спросил: -И?
-Больше не пишу- сказала девушка. После короткой заминки добавила: -Уже давно.
Тёплая, свежая летняя ночь раскрывала объятья вокруг них при каждом шаге. Медлительные вдох и выдох уснувшего мегаполиса. Внутри городского дыхания они бродили, словно короткий, пригрезившийся арматуре, стеклу или бетону сон. Подмигивала алой искоркой одиноко припаркованная, старенькая тойота. Влюблённые снились и ей тоже.
-Чудно- задумчиво сказал он -Хотя сегодня встал к первой паре, совсем не хочется спать.
-Ничего удивительно- ответила девушка. Она глубоко вдохнула, набрав полную грудь густого, сладкого воздуха.
Ему захотелось поразить спутницу. Оживившись и улыбаясь как кот, заметивший на столе открытую банку сметаны, парень таинственно прошептал: -Сейчас открою страшную, таинственную тайну.
-Какую?- поинтересовалась девушка. Как только заговорили о том, что не хочется спать - сразу захотелось. Она боролось с рвущемся на чуть полные, нетронутые сегодня помадой, губы сладким-сладким сонным зевком.
Её спутник, студент и поэт, каких четыреста на шестисот с хвостиком в потоке, шёпотом сказал: -На самом деле я - волшебник!
Улыбаясь словно кот, забравшийся на кресло, с кресла на стол и обходящий банку сметаны по кругу, он продолжил: -И сейчас покажу чудо, хочешь?
Девушка сказала: -Конечно хочу! - Сонливость исчезла без следа.
-Смотри- велел парень. Но вместо того, чтобы совершать чудеса достал из кармана китайский ручной фонарик купленный на распродаже "любой товар по столько-то рублей". Фонарик загорелся выдав круг рахитичного, слабого света. Убедившись в работоспособности фонарика, парень выключил продукт китайского экспорта. Поискав в карманах, нашёл набор из пяти разноцветных фломастеров без синего. Синий где-то потерялся. Фломастерами парень выделял в конспектах лекций новые темы. Он был несколько педантичен.
Парень указал на ближайшее окно первого этажа. -Пусть за тем окном живёт маленький мальчик. Скажем лет около восьми. Мальчик заикается и потому очень застенчивый.- объяснил он заинтригованно наблюдавшей девушке.
-Откуда ты знаешь?
-Не знаю- важно пояснил парень - Я загадываю.
Она заинтересовано посмотрела в тёмный провал окна. Форточка была открыта нараспашку. Снаружи окно, как и большинство на первом этаже, защищала толстая решётка. Впрочем через решётку вполне можно было просунуть руку.
-Итак- говорил он -Там живёт застенчивый мальчик. Добрый волшебник должен помогать волшебством людям. Пройти мимо никак невозможно. И сейчас я -добрый волшебник - нарисую на стекле окошка скрипку. Утром у мальчика появится желание влить в себя музыку. Спустя несколько дней настойчивых просьб родители купят инструмент. И, спустя много-много лет, мальчик вырастет великолепным скрипачом. А прямо завтра утром: он проснётся счастливым.
Достав фломастеры и подсвечивая фонариком, парень принялся рисовать на стекле просунув руки между прутьев решётки. Зажимая рот ладонью, девушка смеялась, оттаскивала любимого и громким шёпотом предупреждала: -Не свети в комнату. Проснутся.
-Идём- торопила девушка.
-Но я же волшебник- не соглашался парень. Оба смеялись. И хохотали, прижимая к губам руки друг дружки. Трехцветная скрипка больше походила на одноногую утку со струнами привязанными за клюв и единственную лапу.
В темноте за окном кто-то шевельнулся. Дёрнулась кружевная занавеска.
Они побежали прочь. Где-то под окнами потерялся второй фломастер - зелёный. Шелестели тёмно-зелёные листья и мелькали тени листьев - чёрные. На площади жёсткое, агрессивное сияние реклам и витрин спорило с лунным светом. И проигрывало ему.
А потом ночь кончилась.
Миновало множество ночей. Дней, восходов, закатов и тысяч иных замечательных явлений которыми полна жизнь любого, обращающего на эти вещи внимание.
Он и она расстались. Возможно парень был коварен и когда-то, где-то произошла безобразная сцена с участием её, его и третьей. Быть может ежедневные заботы разъединили союз - учёба и карьера, и понимание: юность ещё отнюдь не закончена и впереди, наверняка, ожидает лучшее. Однажды двое студентов, в институтском общежитии, решили жить вместе. Кончилось тем, что он стал прятать её гладильную доску. Было ли так?
Следующей весной, девушка проходила мимо окон того самого дома и заметила нарисованную на стекле скрипку. Фломастеры слегка выцвели. Бросалось в глаза насколько берегли походивший больше на связанную одноногую утку рисунок.
-Как странно- подумала девушка. Росшие в изобилии клёны выбросили из гибких ветвей почки. Крохотные зелёные листки, ещё в большинстве свёрнутые в трубочки, выглядывали из лопнувших почек. На кончиках не до конца распустившихся листьев блестят капли жёлтого клейкого вещества. Серое небо сыпало мокрым снегом - неожиданное похолодание. На эту и следующую ночи обещали заморозки. Жёлтые капельки застыли на кончиках листьев точно слюда.
Прикинув какой квартире принадлежит памятное окно, девушка вошла в подъезд. Отряхнула зонтик. По натянутой ткани бежали струйки воды. Удивляясь своему поступку, девушка позвонила в квартиру.
Оббитую истрёпанным кожзаменителем дверь открыл мальчишка лет десяти.
-Что я ему скажу?- подумала девушка.
На щеке у мальчугана тянулась свежая царапина заклеенная в середине лечебным пластырем. На ногах взрослые, домашние, продавленные тапочки в которых он мог шагать только вперёд, иначе бы те свалились с детских ног при ходьбе.
Девушка заставила себя сказать: -Извините. Ошиблась номером квартиры.
-Вы та сама- неожиданно выдал мальчуган, внимательно разглядывая гостью и слегка вздрогнув при звуках её голоса- Которая н-н-нарисовала.
Из квартиры послышался взрослый женский голос, должно быть матери: -Кто там, Вадик?
-Это к-к-к-к...- попытался ответить мальчуган.
-К тебе?- крикнула из квартиры мать.
-Да.
-Я не спал ночью- рассказал Вадик -Только играю на флейте. На флейте л-л-лучше.
Девушка подумала: -Говорят игра на флейте помогает от заикаинья. - Мысли текли отстраненно. Словно тучи - размытые комки по серому, взболтанному небу. Скорее всего действовала погода.
-Где волшебник. Вы поженились?- спросил мальчик.
Она ответила: -Скоро поженимся. Через месяц.
Прикрыв дверь, чтобы не дуло, Вадик робко предложил: -В школе сегодня к-к-концерт. И я буду играть. Хотите пойти?
Щёки побледнении, а царапина наоборот налилась красным и точно засветилась изнутри.
-Очень хочу- заверила девушка.
Пропустила сдачу "лабораторной". Экзамены начнутся ближе к лету. А до лета ещё далеко - целый день падал сырой, бесцветный снег.
Вадик играл на троечку с минусом. Впрочем как и остальные музыканты-первогодки. Зал наполняли восхищённые мамы и умиляющиеся папы. Девушка ушла не досидев до середины концерта. Выйдя на улицу распахнула зонт. Неожиданный порыв чуть было не вырвал зонт из рук. Ветер-хулиганщик стих так же внезапно как и появился. В кармане пальто завибрировал сотовый телефон. Ноты песни, напеваемые динамиком мобильника, практически глохли в плотной ткани. Девушка нащупала в кармане телефон - серебристую, вибрирующую коробочку.