Аннотация: Последнее, 16-е место на Фант.детективе 2013-го года...
- Генерал нас не бросит... Он обязательно придет за нами...
Вилимас раздраженно заходил по комнате.
- Что за бред несет эта девчонка? Что еще за генерал?
- Тот, с которым она переспала полгода назад, когда его бригада проходила маршем через эти места, - равнодушно зевнув, пояснил Гаспаров. - Дурочка думает, что он до сих пор ее помнит...
- Почему это я дурочка?! На себя посмотри!.. - вскинулась художница.
Под шум разгорающегося скандала в гостиную въехал на своей коляске Максим Максимович. Теперь все обитатели турбазы были в сборе, не считая юной Венеры, помощницы Регины Лосевой.
- О чем это вы спорите, друзья? - поинтересовался старик, которого за глаза (впрочем, не очень-то и шифруясь) все называли не иначе как Штирлиц.
- Запасы каппесина подходят к концу, бензин в генераторе - тоже, - произнес Стефанский. - А про подмогу, похоже, придется забыть...
- Он придет, вот увидите! - снова принялась за свое бритоголовая художница Тася.
Их было восемь человек - волею судьбы запертых на высокогорной базе отдыха "Стрела". Именно тут их застало известие о том, что там, во внешнем мире, разверзся ад...
20 июня 2020 года
"..как сообщают независимые источники, масштабы катастрофы еще предстоит оценить. Не исключено, что это - один из последних наших выходов в эфир, поскольку военные настаивают на эвакуации телецентра..."
- Что за хрень она несет? - пожал плечами Вилимас.
- Это не хрень. Это - конец, - пожевав губами, изрек Максим Максимович. - Доигрались, патриоты...
***
Свет в гостиной внезапно замерцал, угрожая вот-вот погаснуть совсем.
- Опять генератор барахлит..., - сквозь зубы процедил Ковач. - Когда в последний раз девчонка связывалась со своим генералом?
- Да недели две уж прошло, - подумав, ответил Стефанский. - С тех пор ее ноутбук тоже, похоже, заглючил.
Восемь человек, волею судьбы оказавшихся пленниками высокогорной турбазы, осознавали одно: от них уже почти ничего не зависит. И всё, что они могут - это ждать. Ждать и надеяться...
Максим Максимович и его секретарь Вилимас жили на базе постоянно; старик был администратором и, по совместительству, бухгалтером.
Бизнес-вумен Регина Лосева с молодой ассистенткой по имени Венера прибыли на базу восемнадцатого июня, за два дня до трагедии, планируя недельный отдых на природе. Они и не подозревали, насколько этот "отдых" затянется...
Остальные обитатели турбазы появились уже после рокового дня, и у каждого была своя история.
Девятнадцатилетняя художница Таисия Шмидт гостила в деревне у родственников. Когда в деревню заявились солдаты, она сбежала и за сутки добралась до турбазы. Объяснила, что солдаты вели себя из рук вон плохо: принялись грабить местных жителей, насиловать женщин и даже упражнялись в стрельбе по живым мишеням.
Двое мужчин - Рудольф Гаспаров и Павел Стефанский - были альпинистами, и о начавшемся кошмаре узнали по своему переносному радио. Увидав в небе военные вертолеты, а также почуяв дым от пожаров по всей долине, они предпочли не возвращаться домой, а двигаться в сторону базы...
Самым, пожалуй, странным обитателем турбазы был сорокалетний Куприян Ковач, называвший сам себя проповедником. Он не рассказывал точно, откуда пришел; твердил лишь, что давно уже странствует по свету, преследуя Вурдалака.
Ковач говорил о Вурдалаке немало; объяснял, что ищет его не первый год, но тому всегда удается ускользать. Из его слов следовало, что этот убийца с тысячью лиц предпочитал находиться там, где происходили всякие потрясения - войны, эпидемии, крупные катастрофы. В подобных местах ему легче было скрывать свои преступления: где случались сотни смертей, мало кто обращал внимание на еще две или три.
- Так, значит, вы явились сюда добровольно? - спросил его как-то Максим Максимович в один из дней после рокового двадцатого числа. - И что вы будете делать теперь, когда судьба заперла нас в ограниченном пространстве?
- Это ничего, - ответил Ковач. - Мы с Вурдалаком неразлучны. Он тут, я это чувствую...
Остальные обитатели турбазы с первых же дней заточения стали воспринимать Ковача как не совсем адекватного персонажа, и относились к его словам соответственно.
Причиной же заточения явилась информация по новостному каналу (пока телевизор еще работал), немного позже подтвержденная молодым генералом с труднопроизносимой фамилией. Его немногочисленный отряд пробирался через перевал к границе и по пути наткнулся на турбазу.
Генерал поведал, что масштабы трагедии гораздо значительнее, нежели это пытаются представить официальные СМИ. В частности, столица страны практически полностью уничтожена ядерным ударом террористической группировки, а вдобавок к этому ряд высоких армейских чинов, которые давно мечтали прибрать власть к рукам, подняли мятеж и использовали против правительственных войск химическое оружие.
Конфликт перекинулся на соседние страны, ООН под угрозой ядерного шантажа объявила о самороспуске, а военные арсеналы оказались в руках мятежников, которые вступили в сговор с террористами. Но что-то пошло не так, и "союзники" начали уничтожать уже друг друга, в то время как правительство почти что в полном составе скрылось в неизвестном направлении.
Очаги химического заражения ширятся, в Долине свирепствуют банды мародеров, нормальная жизнь на площади в тысячи квадратных километров парализована.
- Единственное, чем мы сейчас можем вам помочь, - объяснил генерал, - это препарат, который снижает риск заражения. Каппесин, секретная армейская разработка. У нас с собою несколько упаковок, мы вам оставим пару, все равно их тяжело тащить через горы...
Красавец-генерал со своими измученными боями и переходом людьми пробыли на базе недолго, всего пару дней, но бравый военачальник успел-таки влюбить в себя молодую бритоголовую художницу Тасю, и даже оставил ей свои данные для связи по Интернету.
***
Сгустились сумерки. Максим Максимович неспеша выехал на своем кресле на каменную террасу, с которой открывался вид на горный кряж. Луна, как всегда, равнодушная к проблемам людей, добросовестно освещала величественные хребты и часть Долины с лесным массивом.
Залюбовавшись пейзажем, старик отключился от всего остального, и лишь смущенное покашливание за спиной заставило его повернуть голову.
- Извините, - улыбнулась Венера. - Я прогуливалась вокруг дома и заметила, что у вас в комнате горит свет...
- Прогуливались? - удивился Максим Максимович. - А разве вы не боитесь Вурдалака, про которого беспрестанно твердит наш проповедник?
- Ковач, что ли? Так ведь он не в себе! Сказки какие-то рассказывает... Он бы еще про графа Дракулу вспомнил!
- Сказки это или нет - а поберечься не мешает. В особенности такой юной особе, как вы.
- Максим Максимович, скажите... А кем вы были в молодости? - спросила Венера.
- Я? В молодости?.. - казалось, такой вопрос немало удивил старика. - Вы все равно не поверите..., - махнул он рукой.
- Но ведь это же сам Дадо! Неужели ты не понимаешь, сестра?!.
Она продолжала плакать, не слушая и не слыша его. И от этого ему становилось жутко...
- Чего ты от меня хочешь? Я не могу поступить согласно нашим законам, понимаешь - не мо-гу! Был бы это кто-то другой - кто угодно, ты знаешь - от него и его проклятого рода не осталось бы и следа, но...
- Я понимаю, - глотая слезы, вдруг сказала она. - Я - глупая. Мы ничего не можем...
Игравшие на бильярде Гаспаров со Стефанским вмиг замерли и подтянулись, когда в комнату вошла Регина. Положив на косяк руку с дымящейся в ней сигаретой, она улыбнулась своей фирменной улыбкой, в которой окружающим обычно виделось лишь презрение.
- Развлекаетесь, мальчики? А у нас, между прочим, бензин в генераторе кончается.
- Да мы бы с удовольствием нацедили..., - пробубнил Стефаеский.
-...Если бы знали, где, - закончил за него Гаспаров.
- Понятно, - хмыкнула Лосева. - Что ж... Удачной игры!
- Стерва, - процедил Стефанский, когда стук ее каблучков стих в глубине коридора.
- Натурально, - подтвердил его товарищ. - Другая бы карьеру не построила. Хотя - кому сейчас интересна ее карьера?..
Ковач застал Вилимаса на заднем дворе - тот, сидя на корточках, возился с какой-то рассадой.
- Как себя чувствует Максим Максимович?
Вилимас вздрогнул, поднял голову.
- Максим Максимович? Нормально. А почему вы спрашиваете?
- Да так... Мне показалось, что у него какой-то болезненный вид в последние дни. Вы ведь родом из Прибалтики, Вилимас?
- Я?.. Ну да... Но я очень давно уже уехал.
- А вы никогда на Кавказе не бывали? Там тоже горы, очень красивые...
Все его разумные аргументы и доводы разбивались о ее беспрерывный плач. Да и то сказать, неизвестно еще, как бы он сам себя повел (не приведи Аллах, конечно!) на ее месте. Самое страшное заключалось в том, что из ситуации просто не было достойного выхода. И недостойного - тоже. Никакого...
Мертвого Ковача первой обнаружила Тася Шмидт. Но крик, как это положено молодой девушке по любому поводу, подымать не стала. Она вошла в бильярдную, где уставшие от бесконечной своей игры альпинисты мирно беседовали, попивая чай.
- Рудик, не тупи. Она говорит, что Ковача убили. Который проповедник и который Куприян, - пояснил товарищу Стефанский.
- Убит?!. Что за чушь! И где он?
- В кладовке, на втором этаже.
- Пошли!..
Ковач лежал на полу лицом вниз, а рядом с ним валялась упаковка разбитых вдребезги ампул каппесина. Похоже, что кто-то скинул ее с полки и затем методично давил ногами, пока не истребил все...
- М-да... Беда не приходит одна, - философски заметил Стефанский. - Штирлица позови.
Тася поначалу не поняла, что обращаются именно к ней.
- Ты что, оглохла?! Я говорю - сходи за Максим Максимычем!
Управляющий появился минут через пять - его комната находилась на этаже, в самом конце коридора.
- Переверните-ка его, - велел он альпинистам.
Гаспаров замешкался; тогда его друг сам, сноровистым движением, перекатил тело Ковача на спину. И сразу стала ясна причина смерти: на животе проповедника обнаружилась небольшая ранка.
- Грамотный тычок, ничего не скажешь. Заточка или стилет, - произнес Стефанский. И пояснил тут же: - Я в десанте служил.
- И что же теперь делать? - растерянным тоном спросил Гаспаров. - И полицию не вызовешь... Куда его девать?
- Придётся самим похоронить его. Другого выхода я не вижу, - сказал Максим Максимович.
- Они все равно нас найдут, - твердила она.
- Нет, не найдут, - убеждал ее он, хотя отлично понимал, что она права. Восемь вдов и девятнадцать сыновей Дадо, не говоря уже об остальных многочисленных родственниках - это более, чем серьезно...
- Я нашел одну клинику... В общем, наших денег должно хватить...
Все собрались в большом зале на втором этаже. Но никто не решался начать говорить. Все понимали - убийца здесь, среди них. И, скорее всего, это - тот самый Вурдалак, о котором твердил покойный Куприян Ковач.
- Предлагаю каждому рассказать, что он, или она, делали в момент убийства. То есть, где-то часов в девять утра, - нарушил, наконец, молчание Максим Максимович.
- Мы в бильярд играли, - торопливо произнес Гаспаров.
- Но подтвердить это некому, так?
Гаспаров уныло пожал плечами.
- Я была в своей комнате, - неохотно процедила Регина Лосева. - Венера может подтвердить.
- То есть, опять-таки, алиби довольно шаткое..., - в задумчивости пробормотал управляющий, массируя подбородок. - Венера ведь ваша помощница.
- Алиби? А зачем мне алиби? Я ведь его не убивала.
- Было бы удивительно, если б вы сказали обратное, - заметил Максим Максимович. - Так, значит, наш проповедник не лгал, когда говорил про этого... Вурдалака. Про убийцу, которого он искал по всему свету.
- Ну и кто из нас подходит на роль суперкиллера? - хмыкнула Регина. - И вообще, Максим Максимович, разрешите поинтересоваться - а кто уполномочил вас вести следствие?
После этих слов все, как по команде, уставились на управляющего турбазой. А он не спешил отвечать.
- Ну, во-первых, в чрезвычайных обстоятельствах всегда должен быть кто-то, кто возьмет ответственность на себя. И потом, других желающих докопаться до истины я здесь что-то не вижу.
- Достойный ответ! - улыбнулась Регина, несколько раз картинно хлопнув в ладоши.
- Спасибо, - без тени улыбки отреагировал Максим Максимович. - А теперь - серьезно. Убийца уничтожил каппесин... Значит, хотел снизить наши шансы на выживание. Получается, что сам он заражения не боится.
- Ну, или припрятал для себя пару-тройку ампул, - высказал предположение Стефанский.
- Логично. Но тогда выходит, что он надеется в скором времени убраться отсюда. Как?
- Генерал вернется и спасет всех нас, - снова заладила Тася.
- Ой, да заткнись уже ты со своим генералом! - не выдержала Венера. - Извините, мне нужно в туалет!
Секретарша Регины покинула собрание; на какое-то время опять воцарилась тишина.
- А с чего мы решили, что этот... как его?.. действительно был проповедником? - спросил Гаспаров. - Может, он был не тем, за кого себя выдавал?
- Ладно, - подвел итог Максим Максимович. - Я поразмыслю, а вы... Идите отдыхать. Мне в одиночестве думается лучше.
В наползающих сумерках Гаспаров со Стефанским, стоя на балконе своего номера, курили и вели неспешную беседу. Эмоции несколько улеглись, и теперь они пытались рассуждать здраво, опираясь на факты.
- Считаешь, нам конец? Никто за нами не придет, и мы, в конце концов, задохнемся от газа или станем жертвой какого-нибудь отряда мародеров?
- Знаешь, Рудольф, - проговорил Стефанский, - лично я настолько разочаровался в людях за последние несколько месяцев... Даже если нас теперь и спасут, во что я не верю - в какой мир мы вернемся? В мир террористов, убийц и продавшихся им политиков? Я и в горы-то ходил, чтобы подольше не видеть всю эту массу людскую... Не знаю, зачем ты, а я - за этим.
- А подыхать здесь, на этой дурацкой базе - это, по-твоему, нормально? Да еще и Вурдалак этот... Как думаешь, кто он? Ну кто ткнул заточкой этого долбаного... проповедника?
- А какая, в сущности, разница? Ты, я... А может, кто-то из этих девок? Тебе, кстати, какая из них троих больше нравится? Ну, про лысую я молчу - на нее только этот психованный генерал мог польститься. А вот с Региной бы я замутил...
- И как ты можешь думать об этом в такой момент?
- Так другого, ты сам сказал, может и не быть, - резонно заметил бывший десантник. И добавил: - Не нравится мне этот Вилимас, помощник Штирлица. Что-то в нем есть такое... неестественное. Может, он - гомик, а? Ты как считаешь?
- Да наплевать мне, кто он. Меня больше моя судьба занимает. Это у тебя никого нет, а у меня... Мать, две сестры и невеста.
- Красивая?
- Кто?
- Ну, невеста?
- Да как тебе сказать... Маме моей нравится.
- Чудные все же вы там, на Востоке, - улыбнулся Стефанский.
В комнате Максима Максимовича происходил тем временем гораздо более напряженный разговор.
- Что будет, если этот генерал все же вернется за нами?
- Тебя это беспокоит? - спросил старик, следя за своим секретарем из-под полуприкрытых век.
- А вас - нет?
- Теперь уже - нет. В такой неразберихе...
- Значит, никто больше не будет искать Вурдалака? - уточнил Вилимас.
- А для чего? Сейчас у всех начались совсем другие проблемы...
Венера уже спала. Регина Лосева ходила из угла в угол, напряженно о чем-то раздумывая. Выйдя на балкон, она покосилась вправо, на двух альпинистов, которые курили, негромко беседуя друг с другом.
Вновь зайдя в номер, Регина достала из-под своей кровати тяжелый чемодан. Покопавшись в нем, извлекла из вороха белья и личных вещей пистолет с удлиненным глушителем стволом...
Стрекоча винтами, над турбазой на низкой высоте прошел тяжелый военный вертолет.
Стефанский с Гаспаровым, задрав головы, проследили за ним взглядом.
- Сейчас сам черт не разберет. А что ты думаешь по поводу нашего управляющего? Ну, кто он вообще такой? Что мы про него знаем, кроме того, что он - фанат этого фильма, про Штирлица?
- Я думаю, Рудик, он знает, кто убийца.
- С чего ты это взял?
- Слишком спокойно ко всему отнесся. Будто ждал, что случится нечто подобное. Начал выспрашивать у всех про алиби, а у самого-то...
- Стоп! Мы с тобой все время были в бильярдной - значит, мы оба ни при чем. Так?
- Вот и я про то же..., - осторожным шепотом заметил Стефанский.
- Кто остается? Регина с ее секретуткой, полоумная художница и...
- Вилимас, - прищелкнул пальцами Гаспаров.
Стефанский в ответ лишь красноречиво прикрыл глаза.
- Что ты предлагаешь?
- Если он и есть Вурдалак, то не исключено, что Штирлиц его покрывает. Нам надо разговорить этого прибалта. Айда за мной!
Они покинули свой номер и спустились на этаж ниже. Комната Вилимаса находилась прямо у лестницы. На стук никто не ответил.
- Может, спит уже? - едва слышно проговорил Гаспаров.
- Или же... Ш-ш-ш!
Стефанский подхватил друга за локоть и увлек обратно на лестничную клетку. Режим экономии энергии в данном случае сыграл им на руку - в темноте их трудно было заметить.
Фигура склонилась над дверным замком, и в свете ручного фонаря друзья заметили связку отмычек. Стефанский шагнул вперед и нанес удар, опережая ночного посетителя...
- Давай, тащи её...
- Уф, какая тяжелая...
- Вот блин...
Стефанский зажег свет в номере Вилимаса, и друзья увидели лежащее поперек тахты тело...
- Ну-ка, давай я ее в себя приведу...
Регина Лосева не проявляла признаков испуга.
- Ага! Вот и поймали Вурдалака! - сдуру воскликнул Гаспаров.
- Ну конечно...,- с досадой произнесла бизнес-леди, садясь на тахте.
- А эта твоя помощница - она тоже замешана? - поинтересовался Стефанский.
- А ты как думал?..
Голос из глубины номера заставил друзей-альпинистов обернуться. Венера держала их на "мушке".
- Черт, про балкон-то я и забыл..., - пробормотал Стефанский.
А наутро прибыл генерал. Как и полагается - в ореоле славы, в окружении своих солдат, и под шум вертолетных винтов...
- Я знала, знала, что ты вернешься!
Тася Шмидт первой бросилась ему на грудь.
Солдаты раздавали противогазы и вкалывали антидот.
Генерал Шарафеев-Курицын обнялся с управляющим турбазой...
Максим Максимович поднялся из кресла, с трудом привыкая стоять на затекших ногах...
- Вот так, ребята... Вы оказались в эпицентре секретной операции Интерпола.
Альпинисты, краснея, взирали на Регину Лосеву и ее помощницу с видом людей, попавших к шапочному разбору.
- Я должен всё рассказать, - виновато улыбнулся Максим Максимович. - Я и Вилимас... Моя сестра перенесла операцию по перемене пола. И стала Вилимасом... А меня порядочно состарили. Но убийцы из клана Дадо все равно нашли нас...
- Так что же получается, Вурдалак...,- с изумлением произнес Стефанский.
- ...Это я и есть, - невесело улыбнулся Максим Максимович. - Когда я, по обычаям гор, казнил Дадо, который посмел..., - тут управляющий турбазой сухо кашлянул, -...посмел изнасиловать мою младшую сестру, и его клан открыл на нас охоту, то мы обратились за помощью в клинику... некоего доктора. А он оказался агентом Интерпола. Нас поставили перед выбором... Самым трудным, между прочим, оказалось избавиться от акцента... Я занимался почти год по специальной программе. Клан международного террориста Дадо потерял вожака, и это было крайне опасно. Мы с сестрой согласились помочь в борьбе против этих... Против этих бандитов. Отныне я стал Максимом Максимовичем - ведь мой кумир тоже почти всю жизнь прожил в ожидании разоблачения. Регина и Венера должны были нас охранять и помочь задержать наемников, посланных кланом Дадо. Но случилось самое страшное - эти безумцы пустили в ход ядерное оружие. Началось то, что началось...
- ..."Проповедник" - это кличка наемного убийцы. Я слишком поздно расшифровал его. Ему удалось уничтожить запасы каппесина прежде, чем я убрал его. Он охотился за мной - Вурдалаком... Легендой, созданной усилиями Интерпола, чтобы заманить наемников Дадо в сети и, таким образом, покончить с кланом.
- Так вы действительно... убивали? - спросил с дрожью в голосе Стефанский.
- Да, но только тех, чьи преступления были доказаны... Членов клана Дадо, - ответил Максим Максимович. - Меня беспокоит только одно...
- Что же? - спросил генерал.
- Клан Дадо всегда работал с подстраховкой. Иными словами, у Ковача должен был быть дублёр...
Друзья-альпинисты переглянулись.
- Вот черт! - процедил Максим Максимович.
Шарафеев-Курицын бросился во двор... Но было поздно: боевой вертолет, управляемый Тасей Шмидт, уже взмыл в залитое ледяным горным солнцем утреннее небо...