Одигитрий Иван
Незамеченный

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    За Учителем в садах Гефсимании пристально следит, но не решается выйти, возможно, самый искренний и честный верующий - юный бродяжка Энош... Рассказ-притча навеян размышлениями над прочитанным у Рене Жирара, содержит разные культурные отсылки, в том числе к известному творению Эндрю Уэббера и Тима Райса.
[]

Один юноша, завернувшись по нагому телу
в покрывало, следовал за Ним; и воины схватили его.
Но он, оставив покрывало, нагой убежал от них.
(Мк. 14:51-52)


Энош стоит у изгороди и смотрит на людей на склоне. Сизоватый дым окутывает вечерний сад и лениво спускается к ручью. Толпа редеет и тает, собравшиеся знают, что сегодня выступлений уже не будет, и расходятся. Но Энош остается и напряженно вглядывается в сумерки, пытаясь увидеть Его.
Холодно. Энош кутается в тряпки и поглядывает на пламя сторожевых костров у стен внизу. Решает постоять еще немного. 'Я верю, я внемлю' - повторяет он, - 'ты знаешь, что я тут, посмотри на меня!'. Люди наверху громко смеются. Четверо отделяются от сборища и медленно бредут в сторону горы. За ними - Энош, на окоченевших ногах, пригнувшись, пробирается вдоль изгороди и крадется через оливковую рощу, держась на почтительном расстоянии. Отчего-то бешено бьется сердце, Энош радуется - может, сейчас Он услышит и позовет? Что случится дальше, Энош и сам не знает. Наверняка, какое-нибудь чудо. Конечно, нищий и бездомный Энош попросит разного: простить грех, утешить боль, а может, даже дать денег на миску похлебки. Все вокруг говорят, что Он явился к нищим и обездоленным. Энош как раз такой. Правда, к нему лично Он пока не пришел, но вот Он - в двух сотнях шагов о чем-то толкует с бугаями-учениками. Подходить ближе нельзя: кулаки братьев надежно охраняют покой Учителя. Можно просто постоять тут в кустах, не обязательно всю ночь, пока совсем не станет холодно и еще чуть-чуть. Эношу нечего им предложить: ни имущества, ни силы, ни способностей, ни знаний. Но, как толкуют более умные слушатели, Он просит всего лишь веры. А Энош верует. Верует с особыми искренностью и усердием. Такими, что заставляют следовать по пятам, но не по отполированной ногами путников дороге, а в сторонке - по острым камнями и колючим кустам.
Фигуры, за которыми следит Энош, останавливаются на пригорке и ложатся на траву. Но одна идет прямиком к кустам, где сидит Энош. Бродяжка в панике дергается, но убежать незамеченным уже не получается. Энош узнает Кифу - злобного и грубого рыбака из Вифсаиды. Тот подходит к кустам, поднимает тунику и, крякнув, мочится. Как ни таится Энош, рыбак, наконец, его видит.
- Это что еще такое? - ревет громила и одной рукой вытаскивает тщедушного побирушку из листвы. Рассмотрев скривившуюся от боли добычу, Кифа удовлетворенно хмыкает:
- Воистину я ловец человеков! - и вопрошает сам себя: - Откуда ж вы все лезете, грешные?
С этими словами он швыряет Эноша вниз по склону. Бросок получается мастерский - бродяжка чертит носом землю и кубарем влетает в подсохший зловонный овражек.
- Еще раз увижу, ноги оторву, - кричит вслед Его знаменитый ученик.
Не в силах сразу встать Энош слышит, как Кифа рассказывает об очередном наглеце, мешающем нормальным людям отдыхать. Что отвечает Помазанник, увы, не известно. Жаль, что Он не вступился, наверное, сильно устал и уже спит.
В овражке, несмотря на запах, теплее - ветер не так задувает с этой стороны. Энош плачет. Не от огорчения. Немножко от любви к Спасителю, немножко от жалости к себе. Сумерки сгущаются, и уже вряд ли можно разглядеть затаившегося. 'Верю и внемлю' - повторяет Энош и долго лежит, прислушиваясь к происходящему вокруг. 'Ты слышишь меня, знаешь, что я здесь, позови меня, и я прибегу, как пес, приползу как червь'. Холод заставляет подняться. Боясь зашуметь, Энош медленно выглядывает из-за стволов. Пришедшие разожгли небольшой, но теплый костерок, разлеглись вокруг. Если и разговаривают, то совсем не слышно, все изрядно утомились за день. Энош видит, как высокая фигура поднимается с земли, непродолжительное время кружится вокруг угасающего пламени, а затем наклоняется к лежащим и как будто тормошит их. Кажется, это Он. Пытается разбудить остальных. Спящие бормочут во сне и не просыпаются. Фигура в задумчивости отходит в сторону.
"Я не сплю, бодрствую вместе с Тобой," - тихо шепчет Энош и размышляет, удобно ли подойти прямо сейчас и во всем признаться. Не решается, движения Учителя нервны и суетливы, он вдруг падает на пригорок, совсем недалеко от Эноша, и бродяжка слышит странные слова о какой-то Чаше. Энош не может понять, Спаситель и Помазанник на сухой траве косогора словно просит кого-то во тьме не обижать его. Кто же осмелится Его обидеть? Попрошайка и плут Энош в недоумении. Хочется спросить, но боязно до боли в животе.
Фигура так же резко поднимается и бросается к лагерю. "Проснись!" - громко зовет он одного из спящих. Кифа приподнимается и раздраженно бурчит словно из пустой бочки. Учитель что-то втолковывает ему, но Кифа непонимающе вертит головой и пытается придвинуться ближе к огню, чтобы продолжить сон. Фигура Спасителя в отчаянии отстает от него, недолго размышляет над двумя другими учениками, машет рукой и бредет от костра куда-то за кусты к валунам.
Энош подкрадывается ближе, теперь его, наверное, можно заметить в отблесках скупого пламени. Поодаль на фоне темного неба виден еще более темный силуэт возле невысокого камня. Воздев руки к небесам, застыл Учитель. Чувство тревоги нарастает. Эношу не нравится происходящее. Далекий лай собак у стен города напоминает ему недавнюю облаву на сброд, после которой он долго валялся в канаве избитый и изнеможенный. И помогли ему тогда не вера и не мысли о спасении, а такая же нищенка, разделившая с ним скудный ломоть хлеба и потоки несчетных слез бессилия и страха.
Учитель возвращается. Лицо его можно разглядеть в всполохах костра - неприятная гримаса боли и тревоги. Он пинает ногой Кифу и требует, чтобы тот проснулся. "Что случилось?" - бормочет один из братьев. "Помолитесь со мной," - с отчаяньем в голосе просит Спаситель. "В чем спешка?" - бухтит Кифа, еле приподнимая голову, - "У меня глаза слипаются, сил нет, не подождет ли до завтра?" И снова засыпает. Учитель разочарованно вздыхает.
"Я помолюсь с тобой!" - говорит Энош, думая, что во весь голос, но едва ли перекрывая шум рощи и шипение углей. Он, наконец, решается: будь, что будет - обессилевшие стражи спят - сейчас его увидят. И улыбнутся. И пригласят пойти за собой. И тогда пропадет холод, голод, старая ноющая боль в ключице от кулака десятника, язвы на голове и теле и вечная хромота. Все пропадет, кроме любви и света - вера Эноша чиста и искренна. Он даже делает шаг из-за дерева, вот он выходит к Нему: пусть он просто посмотрит, увидит Эноша. Увидит не учеников, не знаменитых философов-книжников, не богатых саддукеев и надменных начальников селений. А его! Увидит его! Того, для которого Учитель рассказывает и обещает, красноречиво распаляясь на площадях и перекрестках! Он делает второй нерешительный шаг.
- Кончено! - дрожащим голосом кричит Спаситель. - Вот идет человек, предающий меня.
Еще не до конца осознавший фразу, бродяжка отшатывается, его ноги подгибаются, и он валится на землю. Лохмотья сливаются с черной холодной землей, словно здесь догнивает трухлявый пень давно срубленного древа.
"Не понимаю", - говорит себе Энош. Думать ему не дают. Сад наполняется светом факелов, шумом, криками, лязгом оружия. Что-то нехорошее происходит.
"Что ж вы? Как за разбойником явились!" - слышит он слова Учителя, но не видит Его, окруженного толпой разнородных людей. Идет перепалка на повышенных тонах.
Теперь раздается отнюдь не сонный возглас Кифы: "Я вам покажу арест, черти!"
Начинается возня. И не возня вовсе, а натуральная драка. Энош подбегает и подпрыгивает рядом, желая разобраться, кого это там арестовывают. Если Кифу, то интересно посмотреть, как он всех раскидает по кустам. Может, и хорошо, что этого бугая заберут, и Учитель сможет, наконец, беспрепятственно заметить Эноша.
Перебранка усиливается, раздается странный звук, и на бродяжку летят теплые липкие капли. Рядом вопит схватившийся за ухо человек, по-видимому, один из рабов какого-то знатного господина.
"Никто его не заберет!" - Энош видит разъяренного Кифу, размахивающего кинжалом. Рядом стоит Помазанник, схваченный за плечи людьми с оружием. Учитель сердится, гневно приказывает своему ученику бросить оружие:
"Иди лучше лови рыбу, а не размахивай ножом, калеча людей!"
Кифа тяжело дышит, покоряется, бросает кинжал в морду стражнику, толкает другого и скрывается во тьме сада. В толпе раздается смех.
До Эноша доходит смысл происходящего. Задерживают не Кифу и не братьев-разбойников. Забирают Учителя!
"Вы чего" - спрашивает он, никто не обращает на него внимания.
Учителя грубо толкают и уводят.
"Куда? Так нельзя!" - Энош не знает, почему нельзя, но уверен в этом. Страх накатывает на него волной, в сердце поднимается странная решимость.
"Отпустите!" - кричит он и бросается на отставшего человека с копьем. Несмотря на тщедушность, он больно влетает тому в грудь. Человек с копьем охает и с трудом отрывает от себя разъяренного бродяжку. Неожиданно улыбается:
"Ты еще кто?"
"Отпусти!"
Вооруженный думает, что зверек имеет в виду себя, еще шире улыбается.
"Да я тебя не держу, дурачок!"
Поворачивает Эноша и с удовольствием дает пинка так, что нищий летит в еще горячие угли костра, где недавно спали ученики. В руках человека остается кусок лохмотьев - тот с отвращением отбрасывает их в сторону. Энош верещит, вызывая у обидчика и нескольких наблюдателей этого действия смех.
"Вот идиот!" - замечает кто-то.
"Отпустите!" - бормочет Энош.
В углях горячо и даже уютно. Энош лежит, глядя вслед исчезающими вниз по склону огнями. Туда повели Спасителя. Страх утихает. Энош размышляет, что никто и ничто не может сделать Помазаннику плохо. На то он и Помазанник - Великий и Справедливый Грядущий Царь. Он слышал рассказы о невероятных чудесах, которые совершал Учитель именем Всевышнего. Что стоит ему улететь от пленителей - Энош хихикает, - или поразить молниями. В животе урчит, бродяжка не ел сутки. Теперь надежда, что Учитель примет и накормит его испарилась, нужно было найти хоть какую-нибудь пищу. Энош с сожалением поднимается с теплых углей, не замечая ожогов, и отправляется вслед за успевшей уйти далеко вперед процессией.
На заднем дворе покосившейся хибары ему удается найти помои. Он жадно ест то, что не дают даже собакам, и начинает задремывать. Уснуть на холоде опасно и Энош должен узнать, что случилось с Помазанником. У ближайшего столба его выворачивает. Шатаясь, он бредет по улицам великого и обреченного града, пытаясь понять, куда повели Учителя. "Я-то всего лишь хочу есть, и спать, и согреться", - с тревогой думает Энош, - "а моего Спасителя сейчас тащат в тюрьму. Что если Его не выпустят?".
Навстречу идут два стражника. Вальяжная походка, гордо поднятые головы. На поясе - боевые мечи. Бродяжка, не задумываясь, ныряет в тень старой поросшей мхом кадки. Они заметили его, но им не интересно. Стражники увлеченно переговариваются. Один рассказывает другому, что в Садах взяли еще одного смутьяна. Оба смеются.
Энош не выдерживает, выскакивает из угла и догоняет их. Один, который помоложе, непроизвольно хватается за рукоятку меча. Второй, более опытный, спокойно и с презрением рассматривает проходимца.
"Чего тебе?"
Энош сам не верит своей смелости, но нужно узнать.
"Я слышал... ты сказал про смутьяна в саду...", - он запинается на мгновение, - "куда его повели?".
"Тебе то что, паршивец?" - усмехается старший, младший ждет команды огреть наглеца.
Энош спешно обдумывает ответ - как много сейчас зависит от его смекалки.
"Он мне должен!"
Стражники беззаботно хохочут.
"По тебе и видно!"
"Сколько?" - спрашивает старший.
"Горсть меди", - Энош следит за движениями младшего, готовый прыгнуть в спасительную канаву с нечистотами. Туда они не полезут ради грязного бродяги.
Старший сплевывает.
"Тоже мне долг", - кивает напарнику и они продолжают путь.
Расстроенный Энош выдыхает, но младший вдруг оборачивается и почему-то, не глядя на юношу, говорит:
"Его повели к первосвященнику, но тебя там не пропустят".
"Пропала его медь", - добродушно смеется старший.
Но Энош уже не слышит. Он бежит по улицам к дому первосвященника. Он не знает, что будет там делать, но чувствует, что обязан разобраться и увидеть своими глазами, встретить Учителя у ворот, когда все причастные поймут, что допустили чудовищную ошибку. А тем временем ночь клонится к рассвету. Скоро запоют петухи.
У ворот Каиафы дежурят вооруженные люди, горят костры. Несколько бродяг и путников греются у огня, стараясь не пересекаться взглядом с охранниками. Энош бочком подходит к одному из костров, протягивает озябшие руки. Какой-то старик неодобрительно осматривает его с ног до головы, цокает языком и лезет в котомку. Достает кусок черствой лепешки, протягивает. Ошеломленный Энош благодарит и неловко кланяется. Пихает еду в рот, чуть ли не сразу проглотив. Он хочет еще раз поблагодарить старика, но тот теряет к нему интерес и молится возле пляшущего на холодном ветру пламени. Откуда берутся люди, которые делают для меня добро? - размышляет Энош. Вот разве он бы поделился едой с кем-то, если самому не хватает? Зачем одни люди гоняют его, бьют и спускают собак, а другие делятся пищей и кровом? Энош вспоминает, как на одной из проповедей Учитель говорил "ежели у кого есть пища, дай неимущему". Говорил, но сам никогда не давал. Рассказывают, что где-то когда-то, кажется, возле Вифсаиды он преумножил хлеба и рыбу и накормил всех присутствующих, но здесь в столице он ел только со своими учениками. А мог бы еще разок сделать из одной лепешки две или три. В Царствие Небесное хорошо стремиться на полный желудок. Проходимец и неряха Энош снова и снова вздыхает.
Из неприметной калитки у края стены выходит девушка-рабыня с большой корзиной. Это Мариам. Энош знает ее. Мариам приветлива с ним, он напоминает ей погибшего братишку. Иногда тайком выносит ему обрезки овощей или корочки хлеба. Энош подбегает к ней и незаметно хватает за руку. Мариам вздрагивает, оборачивается, узнает дружка. Карие глаза в предрассветных сумерках блестят из-под платка.
"Тебе чего тут?" - еле слышно говорит Мариам. - "Сегодня еды нет".
"Скажи," - сбиваясь в волнении, громко шепчет Энош, - "сюда приводили арестованного человека?"
Мариам оглядывается по сторонам, чтобы убедиться, что никто не видит, как она общается с незнакомцем. Поправляет корзину.
"Ты про того, который себя называет царем? Смешной такой... Был здесь, но увели. Совсем недавно. Громко кричали и грозились, а он все молчал упрямо, улыбался, блаженный, одним словом..."
Энош разочарованно охает.
"Куда же его повели?"
Мариам не знает, ей не интересно. Она любит сплетни на кухне и немножко Эноша. Бродяжка в отчаянии. Неужели след потерян? Они шагают мимо костров, делая вид, что незнакомы. Энош вздрагивает. Не понимает каким образом, он узнал, почувствовал фигуру рядом. Здоровяк в капюшоне стоит к нему спиной, но Энош может поклясться, что это спина Кифы.
"Ты чего?" - Мариам останавливается, удивленная поведением юноши.
"Вон тот здоровяк тоже с Ним," - шепчет Энош.
"Кто? Этот у костра? Из той шайки преступников?"
"Они не преступники..." - обрывает ее.
Бойкая Мариам знает, что у ворот стража. Она не боится громилы, лукаво улыбается и устремляется к Кифе, словно случайно толкает его в бок корзиной. Кифа озадаченно оборачивается. Его борода всклокочена и нелепо торчит.
"Куда прешь, дура?" - огрызается Кифа.
Мариам картинно изумляется и звонким голосом вопрошает:
"Эй, а не ты был с тем галилеянином?"
Рыбак вздрагивает и застывает, словно пораженный небесами. Открывает и закрывает рот, пытается издать звук. Привлекает к себе внимание.
"Что ты несешь?" - наконец, говорит Кифа. - "Я не знаю никаких галилеянинов".
Отворачивается к огню, натягивает капюшон, старается выглядеть сердитым и убедительным.
Мариам, все так же улыбаясь, возвращается к бродяжке и уже тихо повторяет:
"Видишь, он сказал, что не был!"
Энош молчит. Почему Кифа не признался? Он же собирался идти с Учителем в тюрьму и даже на смерть! Они все так говорили, все его спутники. И сейчас здесь только один из них и тот отрекается.
Забыл о Мариам. Она, так и не дождавшись нужной только ей реакции, разочарованно уходит. Пара стражников разглядывают силуэты у костра.
Энош задумчиво жует губу, сплевывает и шагает к Кифе.
"Почему ты говоришь, что не знаешь Его?" - спрашивает он широкую спину в драном плаще. - "Почему ты бросаешь Его?"
Кифа слишком резко оборачивается. Он не узнает чумазого паренька, которого не так давно спустил со склона. Кажется, он толком и не видит спрашивающего. Что в его глазах? Страх или даже стыд? Могучий и знаменитый Ученик боится и стыдится? Как это можно понять, как это можно объяснить?
"Отстаньте от меня!" - ревет Кифа. - "Никого я не знаю. Вот пристали!"
Стражники заинтересованы. Отлипаются от стены и все еще неуверенно смотрят на странную компанию у огня.
Эноша осеняет. Он может попасть к Нему. Это так просто. Почему он сразу не додумался. Надо всего лишь сознаться. И его арестуют, отведут, будут держать в одной клетке или яме. И пусть! Но тогда Помазанник все поймет, все узнает. Улыбнется ему, как недавно улыбалась Мариам, и все закончится...
"Я был с Ним," - твердо говорит Энош Кифе, - "я знаю Его!"
Кифа отпихивает мальчишку и собирается уходить.
"Эй, в капюшоне!" - властно окрикивает стражник. - "Тебе известен тот смутьян из Галилеи?"
Рыбак теряет весь свой зычный голос. Останавливается и начинает божиться, что никого не знает. Клянется. На него обращены десятки взоров.
"Кто-нибудь знает этого человека?" - громко вопрошает присутствующих второй стражник. - "Не из шайки ли он галилейского еретика?"
Энош делает шаг навстречу вооруженным людям.
"Я из Его шайки!" - заявляет он. - "Я был с Ним!"
Стражник раздраженно рассматривает тщедушного бродяжку. Не понимает, что тот от него хочет и злится.
"Уймись, щенок," - откуда то появляется плетка и разрывает щеку мальчика, брызги крови шипят в пламени костра. Энош громко воет и отпрыгивает. Кто-то смеется, кто-то качает головой, уходит в тень и натягивает капюшон. Стражник матерится и вращает головой. Подозрительный бугай пропал, скрылся в соседних переулках.
Громко кричит первый петух этого недоброго утра.

Размазывая по щеке обильные слезы и никак не останавливающуюся кровь, Энош медленно бредет по рассветным улицам Града. Собаки лают на него и пытаются укусить. Утренние рабы и слуги, спешащие по поручениям, находят время плюнуть в него или просто обсмеять. Его окатывают грязной водой из окна, возможно, совершенно случайно, но очень обидно. Холод продирает насквозь и больно дышать. В спину летит камень - любимое развлечение беззаботных фарисейских отпрысков. Что ж такого Энош сделал этому миру, что он остался один на этой проклятой улице и лишился последнего света в своей бесцветной жизни? Ни холод, ни голод, ни побои так не потрясают его, как то, что он упустил Спасителя. "Я верую," - повторяет бродяжка Энош, - "я молюсь". "Верую, молюсь, внемлю, слышу, надеюсь, жажду, принимаю, терплю, уповаю...".
Последний шаг. Ноги подкашиваются, мальчик падает словно мешок с гнилым зерном посреди перекрестка, нелепо раскинув руки в стороны. "Верую", - последнее, что успевают прошептать его разъеденные пылью губы.

Говорят, его тело утащили мусорщики по приказу разъяренного чиновника, вышедшего с утра на молитву, которому не понравился труп нищего на мостовой, и бросили в яму за городом. Но кто-то рассказывает, что тот саддукей, а может, и фарисей - кто их нынче разберет - спешащий по ранним государственным делам, обратил несвойственное его уровню внимание на лежащего ничком юношу.

Богато одетый вельможа, с заморскими перстнями на холеных руках, останавливается и участливо спрашивает: "Что с тобой? Ты жив? Ты голоден?". Энош молчит - таким нельзя отвечать, сейчас последует жесткая шутка, оскорбление или даже побои. Он втягивает голову в плечи не в силах даже пошевелиться.
"Несчастный мальчик", - бормочет фарисей и приказывает рабам взять Эноша с собой. Накидывает ему на плечи теплое покрывало. Тот плохо соображает и вяло пытается его сбросить. "Идем, я покормлю тебя", - тихо и мягко говорит незнакомец. Они минуют несколько улиц, Энош спотыкается и чувствует, как плывет перед глазами слабо освещенная мостовая. Заходят в неприметный дворик, где внутри просторнее, чем кажется снаружи. Фарисей кивает слуге и тот скрывается в пристройке из фигурного камня. Возвращается с тарелками и кувшином. На лице его выступает крайнее презрение и отвращение, но он не осмеливается перечить хозяину.
"Вот, кушай", - предлагает вельможа и делает знак рабыне вытереть лицо гостя влажным полотенцем. Энош недоверчиво глядит на богача. Еще чуть-чуть и небеса точно разверзнутся для конца света. "Не бойся", - заглядывает юноше в глаза, - "меня зовут Никодим". "Мы никому не скажем, что ты был здесь. Об этом будем знать ты, я и, если захочет, Господь, и этого достаточно, не так ли?". Энош косится на раба, почтительно застывшего у садовой смоковницы. Трясущейся рукой берет из тарелки лепешку. Горячая с неописуемым ароматом. Такие едят в раю. Одновременно испытывая жгучий стыд и страх, и оттого ведя себя максимально прилично, откусывает маленький кусочек, медленно жует, несмотря на искушение проглотить всю лепешку целиком. Тело ломит от боли, голова словно рассечена надвое.
"Молодец", - удовлетворенно говорит Никодим, - "Знаешь, что мы сделаем? Оставим тебя тут, пока не придешь в себя. Здесь тихо, и ничто тебя здесь не потревожит. Ты немного оправишься, встанешь на ноги. И я отпущу тебя, если захочешь".
Он смотрит на удивленного, напрягшегося мальчика, решившего, что попал в еще более жуткую западню. Смеется по-доброму.
"Если захочешь!" - улыбается Никодим. - "Потому что я предложу тебе службу, нужен мне еще один посыльный, а ты, видимо, неплохо знаешь город, а?"
Энош перестает жевать. В глазах немного двоится, но смысл медленно доходит до измученного сознания бродяги.
"Почему?" - шепчет Энош. Этот вопрос содержит множество других вопросов. Все те вопросы, что Энош хочет спросить за свою не очень длинную жизнь. Почему этот человек добр к нему? Почему другие не добры? Почему ночь так холодна, а день так жесток? Почему сбежал Кифа? Почему обещают одни, а выполняют другие? Вопросы он собирался задать Учителю, но его забрали солдаты.
По щекам мальчика снова текут слезы, их все больше и больше, и вот уже ручьем льются на лепешку.
Никодим задумчиво смотрит на обессиленного паренька с воспаленным шрамом на пол лица. Делает еле заметный кивок головой. Рабы мягко подхватывают Эноша и уносят в угол под навес, рядом с жаровней с тлеющими углями. Энош будет спать там ближайшие сутки, а может, и дольше. Он так и не узнает, что произошло с Учителем, с учениками, что в момент самого сладкого сна совсем недалеко за городом будет устроена казнь того, кто обещал таким как Энош покой и спасение.
"Почему?" - повторяет Никодим, перебирая четки в беседке перед чашей ароматного напитка.
"Потому что больше некому". Он уходит по своим делам, тихонько затворив калитку....
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"