Перед морской практикой необходимо было пройти медкомиссию.
Девчонки, которые не хотели идти в море, сразу говорили об этом, им ставился диагноз, по которому нельзя идти 'в моря', к примеру 'близорукость'.
Ребята-студенты тоже не все жаждали попробовать морской романтики.
И всем им нашлось место в рыбном порту на судах, главным образом на транспортных рефрижераторах.
Практика длилась месяц для тех, кто оставался на берегу, и до полутора месяцев - для тех, кто искал романтику в морских далях, в зависимости от срока рейса.
Эпоха СССР казалась вечной, и свидетельства матросской квалификации часто пылились без надобности, а то и вовсе терялись. Но пришел суровый 91-й, за ним - хаос девяностых. И когда инженеры массово остались без работы, те самые забытые документы могли бы стать спасательным кругом. Увы, многим пришлось выживать "челноками" или уходить в криминал.
И тогда, и сейчас по мнению автора сего опуса, просто необходимо на первых-вторых курсах во всех вузах ввести предмет 'основы юриспруденции.
Девочки-студентки вернулись уставшие. Тяжелые будни окупились звонкой монетой и заветными бонами. Едва переведя дух, студентки побежали в 'Альбатрос' - местный аналог 'Березки', где усталость мгновенно забылась среди блеска импортных витрин.
На четвертом курсе девочки-студентки уже задумались о замужестве.
- Не хочешь поехать в колхоз с судомеханиками? - спросила Лену отличница из третьей группы, - мне поручили собрать желающих девушек с нашего факультета, я вот тебе предлагаю.
- А в качестве кого мы поедем?
- Да, извини, не сказала сразу.
Там одни парни, и они едут в какой-то находящийся далеко от города колхоз, на месяц. Их нужно же будет кормить. Вот нам и предложили поехать в качестве поваров.
Отправились Тоня Калинина, Аня Большова, Перегудова Ира и Кузнецова Лена.
Месяц пролетел незаметно. Девчонки готовили, мыли посуду... вечером бегали в колхозный клуб на танцы.
Вскоре общение Иры Перегудовой и Тони Калининой с ребятами переросло в нечто большее, и эта симпатия продолжилась уже в институтских коридорах.
Ира Перегудова и мальчик с судомеханического отделения идеально подошли друг другу. Оба спокойные. Их семья держалась на уважении, любви, доброте друг к другу. Мама мужа, обычно свекрови не любят своих невесток, а тут было исключение из правил, сразу приняла Иру. И на свадьбе ее тост - 'жалейте, дети, друг друга'.
Тоня Калинина вышла замуж за спокойного вежливого юношу. Нельзя сказать, чтобы сердце Тони пылало страстью, но время диктовало своё - пора было определяться. К тому же, в отличие от прежних ухажёров, Борисова и Кончаловского, которых ей вечно приходилось 'тащить' на буксире в учёбе, Алексей был самодостаточен. Свадьбу сыграли перед пятым курсом. Пока Тоня защищала диплом, муж уже обустраивал их быт на месте распределения. Она приехала к нему на всё готовое: и работу он нашёл, и жильё, но трудовые будни продлились недолго: спустя всего пару месяцев Тоня ушла в декрет.
Еще один 'повар' Лена Кузнецова встречалась с судомехаником. Он жил с родителями, в ближайшее время жениться не планировал, но охотно пользовался Лениной влюбленностью. Их 'свидания' случались лишь тогда, когда дома никого не было или, когда удавалось договориться с общежитскими ребятами о пустой комнате. Лена же грезила о свадьбе, но на пятом курсе они расстались.
Студенческое общежитие умеет связывать судьбы: для Кати Бартеневой знакомство с парнем с механического факультета стало началом новой главы. И постепенно из ее жизни ушли прежние посиделки с однокурсниками, и финишную прямую института Катя прошла уже в стороне от своей группы.
Ира Берг влюбилась. Лето, море, запах соли и рыбного порта...
В ту студенческую практику Ира была по-настоящему счастлива. Рядом был он - Валерий, студент-практикант из Харьковского политехнического института. Весь месяц прошел как в тумане: прогулки, радость, прекрасное настроение. Но лето закончилось, и Валерий уехал, даже не попрощавшись. Она нашла его адрес через справочное бюро - в 70-е годы это было просто, не было еще законов о защите персональных данных граждан). Написала письмо, но ответ так и не пришел Ира хотела выйти замуж только за еврейского парня, но еврейские ребята боялись Ириной красоты: стройная брюнетка с ярко-синими огромными глазами 'нельзя быть красивой такой'.