Аннотация: - Если хочешь, то - да... Защищаю. Без обид, но от тебя всех мужиков защищать нужно. У тебя дар делать из них слабых, неуверенных в себе особей.
Земля
Когда каждый прожитый день становится невыносимее предыдущего, когда обстоятельства твоего скромного существования запутываются дальше некуда, когда ты теряешься в догадках о происходящем, которое уже не выглядит простым и безобидным... и собственные чувства кажутся коконом, завлёкшим душу в тесную ловушку... В общем, при всех этих "когда" нужно поговорить с тем, кто умеет слушать, понимать и сопереживать, к тому же не обделён умом, проницательностью, хорошо тебя знает, и, в случае особой надобности, может дать здоровый подзатыльник для возвращения тебя любимой в нормальное состояние.
Таким человеком для Фарион была Гаремова.
Ванна, затем ром, сок, София, разговор...
После событий дня Джули чувствовала свою причастность к чему-то нереальному, потустороннему, странному и страшному... Она рассуждала вслух, давая подруге пищу для размышлений:
- Я окончательно запуталась в понимании Морана... Я пытаюсь пробиться сквозь стену, которой он себя окружил, но, узнавая его больше, прихожу к выводу, что нет никакой стены... он то, что я вижу... Пять лет назад я бы сказала, что он - маньяк, но после знакомства с Ричардом это как-то не вяжется...
- Ты его человеком то считаешь? Или так: чем ниже опущу, тем проще ненавидеть?
Фарион изогнула бровь, в недоумении посмотрев на подругу.
- Джули, заметь, ты говоришь о нём "что", а не "кто". Конечно, вариант, что он - мужчина, ты отмела сразу. На крайний случай, самец-производитель. Но человек? Не кажется, что это уже слишком.
- Ты защищаешь его?! - резкий выпад брюнетки. Настало время удивляться Гаремовой.
- Если хочешь, то - да... Защищаю. Без обид, но от тебя всех мужиков защищать нужно. У тебя дар делать из них слабых, неуверенных в себе особей.
Джули отпила глоток, задумавшись над словами подруги, затем довольно грубо выдала:
- А у тебя дар делать из них любовников, причём, не особо разбираясь в качестве последних. Извини, но у нас сегодня откровенный разговор. Так?
София улыбнулась своим мыслям:
- Скажи, а как реагирует Берк, когда ты выделываешь с ним подобные финты?
Вопрос застал Фарион врасплох. Гаремова внимательно посмотрела в глаза подруге:
- Он реагирует не так, как остальные. Да? Ты не можешь просчитать его, как до этого просчитывала остальных, и они тебе быстро надоедали. Не доходило даже до секса, пара его фраз, мальчик расколот, пара твоих фраз, и мальчик опущен ниже плинтуса. Но с Мораном иначе. И это злит тебя.
София чувствовала себя прокурором на процессе, но заставить Джули прислушаться можно было лишь таким способом.
- С Ричардом тоже было не так, но в тебе он увидел дочь, и это не угрожало твоему спокойствию. И Макс не угрожал... по причине своей слабости, податливости, бесхребетности, если можно так выразиться. К тому же, ты не любила Макса, а лишь привязалась к нему, как к тому, с кем иногда хорошо и комфортно, не более. Но Берк...
Гаремова многозначительно замолчала. Милый, вечерний разговор двух подруг принял опасный оборот.
- Что Берк? - не выдержала Фарион, градус её гнева был близок к предельному. - Говори.
- Ты не понимаешь его потому, что не хочешь понять. Ты говоришь, что боишься Морана, боишься его тьмы, но тьма есть в каждом из нас, в каждом, Джули, в каждом... И не коснувшись её, ты не поймёшь, сможешь с ней смириться или нет... Ты боишься его потому, что он сильный, властный лидер, такой же, как и ты... А два разнополых лидера рядом... или любовь, или битва на смерть... Вы оба воздвигли стены и пытаетесь что-то выяснить...
София замялась, усиленно пытаясь подобрать правильные слова:
- Помнишь, когда я увидела его в первый раз... я почувствовала броню, которую он ослабил при виде другой женщины,.. меня, но не тебя... Пара комплиментов, лёгкий флирт, обычный обмен любезностями... В тот момент он вздохнул с облегчением, дал себе передышку... а с тобой он застёгнут на все пуговицы, будто находится рядом с опасностью, и требуется максимальная концентрация и собранность, чтобы не быть застигнутым врасплох.
Джули очень хорошо помнила ту сцену в прихожей. Моран изменился у неё на глазах при виде яркой, раскованной, сексуальной Гаремовой. Но Фарион иначе объясняла причину этих изменений.
- Или любовь, или смерть... - Джули нарочно растягивала слова. - Почему ты всегда всё сводишь к любви? Или ещё того хуже, к банальному сексу.
- Знаешь, София, сегодня мне было стыдно вытаскивать тебя за шкирку из подразделения. Кто твоя новая игрушка? Леонид. Хороший выбор... Судя по тому, что я о нём слышала: в постели не подкачает. Но, впредь, избавь меня от своих игр, я не хочу в этом участвовать.
И когда это Гаремову можно было пристыдить, а тем более сбить с поставленной цели.
- Не переходи на другую тему. О Леониде поговорим позже. Замечу лишь одно: я живая, хочу любить и радоваться жизни, а ты в последнее время прячешься от чувств.
Джули скривила губы в презрительной ухмылке:
- Ещё скажи, что мне нужно переспать с Мораном, и всё станет намного проще.
- А ты права. Всё стало бы намного проще, - София демонстративно вздохнула. - Фарион, куда бы ты ни пришла, все вокруг рано или поздно начинают играть по твоим правилам, но Берк не будет этого делать, но и ты не будешь играть по его, значит, вам нужно искать компромисс. Готовы ли вы к этому? Не мне судить.
Не выдерживая напряжения, Гаремова вскочила с дивана и зашагала по комнате, пытаясь донести до подруги хоть каплю разумного, на большее девушка не рассчитывала:
- Ты себя-то слышишь: "От него веет опасностью, но рядом с ним так хорошо и спокойно". Привет последовательности и нокаут логике. Из всего того, что ты мне рассказала, я делаю вывод: вас тянет друг к другу вопреки всему. Вопреки вашим желаниям и планам. Посмотрите на себя со стороны: не так ведут себя безразличные друг другу люди.
- Да, конечно, - Фарион горько усмехнулась. - Наше сотрудничество основано на ненависти. Он ненавидит любовницу своего отца и учит эту самую любовницу ненавидеть себя. И знаешь, в этом Моран делает успехи.
София сделала глубокую затяжку, выпустив струю дыма в пол:
- Извини, дорогая, но я тебе не верю. Вы хотите ненавидеть, но не можете... и не сможете... Я знаю: когда ты ненавидишь мужчину, у тебя на лице появляется отвращение, но с ним...
- Перестань. Речь не об этом, совсем не об этом.
София сдалась:
- Ты не слушаешь меня... Между вами встало нечто личное, и, не разобравшись с этим, вы не сможете идти дальше. И дело не только в Ричарде... Анализируй его и свои поступки до утра, но ты не найдёшь объяснения происходящему, не выйдя за рамки, в которые сама себя загнала.
- Хватит... уходи, - резкий голос, взгляд, устремлённый в пустоту.
- Хорошо.
Гаремова накинула пальто, взяла сумочку, но внезапно остановилась, взявшись за ручку двери:
- Джули, ты боишься не его, а себя. Ты боишься, что ледяное сердце оттает и станет уязвимым для боли...
Щелчок замка, шаги на лестнице...
Фарион осталась одна... в холодную, бессонную ночь... И в эти долгие, мучительные часы ей хотелось только одного: никогда не знать Берка Морана.
*************
Удовлетворённый Такер добавил к списку Арона ещё одну жертву. Конечно, аура не совсем тёмная, но и такая пригодится. "Осторожность - прежде всего", - успокаивал себя змей, маскируя этой самой осторожностью банальную лень. Ему не хотелось таскаться по барам, и выбор пал на первую попавшуюся развязную блондинку. Несчастный случай... удар током... это ж какой надо быть глупой, чтобы держать фен в ванне, да ещё и рискнуть воспользоваться им в момент... хотя уже не важно.
"Пока что всё идёт по плану, - подвёл итог рыжий, но внезапные воспоминания заставили нахмуриться, - вот только новоявленный Джеймс Бонд начинает действовать на нервы. Хорошо, в полиции его бред никто не стал слушать. Эх, за что люблю Россию..."
Взгляд змея переместился на последнюю лицензию, лежащую на столе. Недолго думая, убийца внёс имя... И приняв это нехитрое решение, переключился на более приятные моменты.
Одной из особенностей Такера было умение делить мир на "хочу" и "здесь и сейчас". "Хочу" была Фарион, а "здесь и сейчас" - Марья. Расслабляясь в тёплой ванне с бокалом вина, змей думал о сексе с лучшим киллером ликвидатора. С этой женщиной не нужны предисловия, прелюдии и недомолвки. Рука автоматически потянулась к телефону...
- Привет. Ничего личного и связанного с работой, но секс с тобой не выходит у меня из головы. Повторим...
*************
Иной мир
Яркий свет первых солнечных лучей осветил больничную палату. Свежий ветерок лёгким порывом ворвался в открытое окно, раздвигая занавески и касаясь лица Ливона. Ночью вожак львов пришёл в себя. Он вернулся из тьмы, разорвал порочный круг мечты и долга, оставив частицу себя в другом измерении...
Мужчина лежал с закрытыми глазами. Раны, покрывавшие всё тело, нещадно болели, но медицина Иного мира творила чудеса: пять-шесть дней и на теле льва не только не останется шрамов (хотя кароны могли украсить оборотня мерзкими рубцами), но и оно будет полностью восстановлено физически. А что касалось морального состояния...
Смерть Демьяна, побег Селесты, цена победы... да и сама победа временами казалась бессмысленной, как будто уничтожили нечто поверхностное, маленький кусок пазла, притом целая картина оставалась загадкой...
Но решать эту головоломку следовало на здоровую голову. О боли, потерях, ошибках - позже. Будучи вожаком стаи не один год, Ливон научился выстраивать последовательность пережитых эмоций в своей голове, выделяя каждой определённое место и время. Он мог отодвинуть их, но не навсегда... Позже... всё позже...
Сейчас необходимо заняться собой. Лев попытался обострить чувства, начав со слуха: ветер за окном волнует деревья, занавески касаются окна, раздаются шаги в дальнем коридоре, и только приборы в палате издают не обычный шум, а настоящий грохот, и сквозь него доносится чьё-то дыхание. Открыв глаза, Ливон увидел Берка, расположившегося в кресле рядом с кроватью. Проницательный взгляд изучал льва, отмечая малейшие перемены во внешности и состоянии, губ коснулась лёгкая улыбка.
- Рад тебя видеть. Как ты?
- Нормально. Давно ты здесь?
Берк взглянул на часы.
- Три часа.
- Почему не разбудил? Я уже не сплю...
Моран закончил предложение за друга:
- Минут тридцать.
Пришло время Ливону улыбнуться.
- И как я иногда умудряюсь забыть, что ты вампир.
Ликвидатор откинулся в кресле, продолжая внимательно наблюдать за другом.
- Похоже, ты не до конца пришёл в себя. Я всё ждал, когда лев почует, что в палате не один?
Ливон болезненно поморщился:
- Не издевайся. Я ещё не в форме.
Вампир вдруг стал серьёзным.
- Врачи долго не могли вернуть тебя, хотя физические показатели вышли на стабильный уровень, - на несколько секунд Берк замолчал. - Ты всех нас здорово напугал.
Тень боли коснулась красивого лица льва. Подобное трудно держать в себе...
- Дай, пожалуйста, воды.
Ликвидатор протянул стакан. Сделав несколько глотков, блондин заговорил.
- Я могу рассказать об этом только тебе... - минутная пауза, - я видел её... Мари,.. когда был на грани... или за гранью...
В палате воцарилось молчание, Моран ждал.
- Она была там... И я не хотел возвращаться...
Берк наклонился к больному. Чувство возможной потери не переставало преследовать с тех пор, как ликвидатор узнал об исходе битвы. Даже сейчас, видя друга живым и относительно здоровым, мужчина чувствовал грозящую опасность. Ту страшную опасность, когда ты не в силах помочь человеку,.. когда всё зависит только от него самого.
Возможно, Берк поступал жестокого, но иного пути не было.
- Ливон, тебе надо жить дальше. Ты завис на событиях двухлетней давности, но так нельзя... Я понимаю, ты занимаешься делами стаи, ты спас Иной мир от сумасшедшего зверя... ты выжил, - голос Берка изменил тональность, - но ты не живёшь...
Лев воспользовался возникшей паузой, желая уйти от темы:
- Кто бы говорил... Ричард рассказывал о своём сыне, который сходил с ума не один год...
Но встретившись с глазами Берка, Ливон замолчал. Они поняли друг друга без слов. Дружба двух мужчин, объединённых силой и болью... Моран попытался скрасить неловкость.
- Я был моложе тебя, глупее тебя, и мой стаж, как монстра, равнялся нулю.
Слова заставили льва улыбнуться. Ликвидатор продолжал:
- Время лечит?.. Ничего подобного, - мужчина ненадолго задумался, - но лечат события, обстоятельства, перемена обстановки. Уловил?
Лев молчал.
- Ливон, ты заставил меня пережить страшные часы... - Берк отвёл взгляд в сторону, слова давались с трудом, - такое было только после смерти Ричарда. Не делай так больше...
Блондин виновато улыбнулся:
- Не буду.
Напряжение постепенно исчезало, растворяясь в красках жизни, какой бы она ни была. Но говорить о серьёзном уже не хватало ни сил, ни желания, и двое мужчин чувствовали это.
- Спасибо, что не выясняешь подробности.
Ликвидатор критически оглядел друга:
- Думаю, тебе сейчас не до них. Поговорим о проблемах позже. Давай о чём-нибудь отвлечённом, возможно, незначительном, но хорошем.
Глаза Ливона хитро блеснули:
- Как тебе Фарион?
От такого вопроса Бекр замер, своим видом рассмешив больного.
"Ничего себе: отвлечённое, незначительное и хорошее", - с досадой подумал Моран. Между тем, Ливон продолжал:
- Доминик от неё не в восторге, Ян - наоборот. Вот я и спрашиваю, как она тебе? Ничего личного, - внимательно посмотрев на брюнета, - интересная у тебя, однако, реакция.
Лицо ликвидатора исказила недовольная гримаса.
- Давай не будем о ней сейчас. Мы же договорились: о проблемах позже.
- Хорошо, - быстро согласился мужчина, про себя подумав: "Забавно... хотелось бы познакомиться с женщиной, при упоминании которой лицо Морана становится таким".