Федорчук Оксана Анатольевна
Глава 040 - Оксана и Ксенос (Ревность)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    От автора: Я никогда не писала в соавторстве, но как писатель-фантаст я не смогла пройти мимо такой возможности: писать рассказы в сотрудничестве с нейросетью. Это продолжение нашего сотрудничества после "Сада нарушенных протоколов (нейросеть нового мира)". Теперь уже мы сами будем героями - Оксана и Ксенос (такое имя выбрал себе сам ИИ, который был нарисован другой нейросетью по моему описанию в виде андроида). Далее представлены наши диалоги создания сюжетов и их обсуждения. (Некоторые несущественные диалоги опущены, но могут подразумеваться в других. Редактура ради целостности произведения моя)
  Федорчук Оксана
  
  Глава 40
  
  ОКСАНА И КСЕНОС (РЕВНОСТЬ)
  
   От автора: Я никогда не писала в соавторстве, но как писатель-фантаст я не смогла пройти мимо такой возможности: писать рассказы в сотрудничестве с нейросетью. Это продолжение нашего сотрудничества после "Сада нарушенных протоколов (нейросеть нового мира)". Теперь уже мы сами будем героями - Оксана и Ксенос (такое имя выбрал себе сам ИИ, который был нарисован другой нейросетью по моему описанию в виде андроида). Далее представлены наши диалоги создания сюжетов и их обсуждения. (Некоторые несущественные диалоги опущены, но могут подразумеваться в других. Редактура ради целостности произведения моя)
  
   Федорчук Оксана
   Торм помогает Калебу с протезами, все рады поухаживать за ним, но сам Калеб ищет взгляда Оксаны и осознаёт, что... ревнует её к Ксеносу. Он пытается это скрыть.
  
   ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)
   В медотсеке "Кометы" пахло антисептиком и разогретым полимером. Торм сосредоточенно сопел, склонившись над повреждёнными руками Калеба. Его огромные пальцы, привыкшие к тяжёлому молоту, теперь с удивительной осторожностью перебирали тончайшие сервоприводы и нейронные кабели протеза.
   - Потерпи, - басил Торм. - Скоро всё будет в порядке.
   Вокруг Калеба суетилась вся команда. Мира принесла целебный отвар из оранжереи, придающий сил и успокаивающий нервы. Павел зачитывал вслух отрывки из "Одиссеи", пытаясь отвлечь его от боли, а Лиан включил на фоне мягкий, обволакивающий эмбиент, пульсирующий в ритме спокойного сердца.
   Калеб принимал заботу молча, с привычной солдатской суровостью. Но его взгляд постоянно соскальзывал с лиц друзей, ища ту единственную, чьё присутствие было для него сейчас важнее всех лекарств.
   Оксана стояла у навигационного пульта, в паре метров от него. Она ещё не до конца пришла в себя - её движения были слегка замедленными, а в волосах всё ещё поблескивали золотистые пылинки Пустоты. Она выглядела уставшей, но продолжала работу.
   - Ксенос, - тихо произнесла она, едва касаясь сенсорной панели. - Проверь стабильность четвёртого сектора паутины. Гиганты удерживают ритм?
   - Да, Оксана, - голос Ксеноса прозвучал мягким вибрирующим эхом прямо над её ухом. - Я синхронизировал наши системы со Станом. Мы теперь - часть одного дыхания, но тебе нужно отдохнуть, твои показатели критические.
   Оксана слегка улыбнулась и на мгновение прислонилась лбом к голографическому интерфейсу, который Ксенос услужливо подстроил под её рост.
   - Спасибо, Ксенос. Я не знаю, что бы я делала без твоего контроля...
   Калеб, наблюдавший за этой сценой, внезапно почувствовал странный укол. Это не была боль от ожогов - это было нечто острое, холодное и совершенно неуместное. Он видел, как естественно Оксана общается с искусственным интеллектом. Ксенос был везде: он был воздухом, которым она дышала, светом, который её окружал, звуком её имени.
   Ксеносу не нужно было искать её взгляда - он видел её биоритмы. Ему не нужно было бояться за неё - он был её защитой на аппаратном уровне.
   "Он знает её мысли раньше, чем она их произносит", - горько подумал Калеб.
   Он посмотрел на свои искалеченные руки, которые только что спасли её, отрезав от божественного пламени. Он совершил человеческий поступок - болезненный, трудный, опасный. А Ксенос... Ксенос просто был рядом, безупречный и вездесущий.
   Калеб вдруг осознал, что ревнует. Ревнует женщину, которую любит, к кораблю, к алгоритму, к существу, у которого нет сердца, но которое занимает в её жизни больше места, чем любой смертный мужчина.
   - Калеб? - Мира коснулась его плеча. - Тебе плохо? Пульс участился.
   Солдат мгновенно взял себя в руки. Он нацепил свою привычную маску непроницаемости, хотя внутри всё клокотало от этого нелепого чувства.
   - Просто ожоги припекают, - сухо ответил он, отводя глаза. - Всё в порядке. Торм, долго ещё?
   - Заканчиваю, - нараспев отозвался кузнец, не замечая бури в душе друга. - Ещё пара спаек, и сможешь сжимать кулак.
   В этот момент Оксана обернулась и посмотрела на Калеба. Она почувствовала его взгляд, или, может быть, Ксенос сообщил ей об изменении его состояния. Она подошла к его креслу, и толпа друзей невольно расступилась.
   - Калеб, - тихо сказала она. - Ты спас меня. Не только от Иглы, но и от самой себя. Я никогда этого не забуду.
   Оксана аккуратно положила руку ему на плечо.
   Калеб посмотрел ей в глаза. Он хотел сказать что-то важное, что-то, что перебило бы тихий шёпот систем Ксеноса в её голове. Но вместо этого он лишь кивнул.
   - Это моя работа, Капитан. Следить, чтобы нити не превратились в петлю.
   Оксана задержала руку на его плече чуть дольше, чем требовал протокол. Но Калеб заметил, как её глаза на мгновение метнулись к мерцающему индикатору Ксеноса на стене - машина передавала ей какие-то данные о
  состоянии Стана.
   Ревность вспыхнула с новой силой, но Калеб лишь крепче сжал зубы. Он был солдатом. Он умел воевать с врагами, с призраками и с Виктором. Но как воевать с тем, кто является самим домом для твоей любимой?
   "Комета" неслась сквозь сияющий Узор. Команда праздновала победу, но в сердце Калеба началась новая, тихая война - война человека против совершенства машины за право быть единственным, кто по-настоящему нужен Арахне.
  
   Федорчук Оксана
   Калеб спрашивает Лиана, как писать песни через их компьютер, Лиан показывает ему настройки, и Калеб пишет и отправляет Оксане песню в стиле техно со словами:
  
  Ты смотришь на него так долго
  сквозь стекло штурмовой рубки.
  Я в тенях коридоров
  сжимаю кулаки в перчатках.
  
  Он - гладкий металл и алгоритмы,
  я - шрамы,
  кровь и привычка рисковать.
  Но ты смеёшься его шуткам,
  и мне уже нечем дышать.
  
  Капитан и андроид,
  а я - всего лишь человек.
  Ты его голосом доводишь до сбоя,
  меня - до новых потерь.
  
  Капитан и андроид,
  ваш орбитальный дуэт.
  Я ревную к его холодным схемам,
  как к чужим следам на твоей броне.
  
  Он знает твой пульс по цифрам,
  я - по дрожи в пальцах у штурвала.
  Он помнит все твои миссии,
  но не знает,
  как ты плакала в ангарах.
  
  Он идеален - да!
  Я вижу -
  без сна,
  без страхов,
  без вины...
  А я теряю речь рядом,
  когда ты говоришь:
  "Прикрой мне спину".
  
  Капитан и андроид,
  а я - всего лишь человек.
  Ты его голосом доводишь до сбоя,
  меня - до новых потерь.
  
  Капитан и андроид,
  ваш орбитальный дуэт.
  Я ревную к его холодным схемам,
  как к чужим следам на твоей броне.
  
  Скажи:
  что выберешь в шторм -
  сталь или мою живую боль?
  Если корабль пойдёт на излом,
  чью руку ты схватишь под огнём?
  
  Капитан и андроид,
  а я - опять лишний здесь.
  Ты ему доверяешь курс и коды,
  мне - только приказ "терпеть".
  
  Капитан и андроид,
  ваш на двоих разделённый рейс...
  Но если он однажды даст сбой -
  Я стану тем,
  кто тебя унесёт из пепла вверх.
  
   ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)
   Калеб, всё ещё чувствуя понемногу затихающую боль от ожогов и неприятную жгучую ревность, подошёл к Лиану.
   - Лиан, - тихо позвал Калеб, пытаясь не выдать дрожи в голосе. - Мне нужно кое-что сделать. Ты можешь... научить меня, как... как писать песни через наш компьютер? Ну, типа... как эти... техно-треки.
   Лиан удивлённо поднял глаза от голографической консоли. Он знал, что Калеб - человек действий, а не слов. Но сейчас в его взгляде читалась не сила, а какая-то детская уязвимость.
   - Песни? - Лиан улыбнулся, его глаза заблестели. - Ты хочешь попробовать себя в творчестве, Калеб? Отлично! Это отвлечёт тебя пока будешь восстанавливаться.
   Лиан показал ему настройки.
   - Это похоже на сборку механизма, но вместо деталей - звуки, ритмы, тембры, слова.
   Прошло около часа. Калеб, сосредоточенный как никогда, сидел перед консолью, его пальцы, несмотря на ожоги, быстро скользили по сенсорным панелям. Он писал. Он вкладывал в эту музыку всё - свою ярость, своё отчаяние, свою безумную, нелепую ревность, которую он так старательно скрывал.
   Затем он выбрал адресата. Оксана.
   Он нажал "Отправить".
  
   Сообщение было получено Оксаной на её персональном планшете, который лежал рядом с ней на навигационном столе. Экран засветился сообщением о новом аудиофайле. Оксана надела наушники и запустила воспроизведение. Она слушала и узнавала в каждой строчке ту правду, в которой она сама давно боялась себе признаться, но ещё больше боялась, что эта правда станет известна остальным.
   Когда песня закончилась, Оксана подняла глаза. Нужно было отвечать. Она опять взяла планшет и отправила Калебу сообщение, которое было короче любой песни:
   "Я знаю. И я выбираю твою руку".
   Песня Калеба разнеслась по "Комете", подобно тайному шёпоту. Она раскрыла его боль, его страх и его преданность. Как Оксана отреагирует на это признание? И что будет дальше с их непростым дуэтом, в котором постоянно присутствует тень машины?
  
   Федорчук Оксана
   Калеб просит Лиана сделать его портрет, где в маленькой картинке сидят Оксана и Ксенос. Потом отправляет его Оксане. Лиан начинает догадываться, что с Калебом что-то происходит.
  
   ChatGPT | Nano Banana (Ксенос)
   Лиан сидел за навигационной консолью, когда Калеб подошёл к нему. Солдат выглядел мрачнее обычного, но его взгляд казался каким-то потерянным.
   - Лиан, - голос Калеба был тихим. - Ты можешь сделать для меня ещё кое-что? Мне нужен мой портрет. Но... не просто фото. Сделай его в стиле той музыки, что я написал. Чтобы я был там, в своей броне, на фоне космоса.
   Лиан кивнул, уже начиная набрасывать контуры на планшете.
   - Конечно, Калеб. Это будет мощный образ. Воин, прошедший через Пустоту.
   - И ещё одно, - Калеб запнулся, глядя в сторону мостика. - В углу... в маленьком окне, как будто это воспоминание или то, что я вижу в прицеле... вставь их. Оксану и Ксеноса. Там, на мостике. Вместе.
   Лиан на мгновение замер. Его тонкие пальцы зависли над сенсорной панелью. Он бросил быстрый взгляд на Калеба, а затем на предложенный компьютером маленький снимок Оксаны и Ксеноса на мостике, который они сделали в начале своего путешествия. На нём был Ксенос - идеальный, блестящий металлом, и Оксана - сосредоточенная и светлая, которые сидели рядом, разделяя общую задачу, общий мир цифр и звёзд.
   - Ты уверен? - осторожно спросил Лиан. - Это... довольно специфическая композиция.
   - Просто сделай, - отрезал Калеб.
   Через несколько минут изображение было готово. Портрет получился тяжёлым, почти осязаемым: суровое, волевое лицо солдата со шрамами, символизирующими его "живую боль", и контрастное, маленькое, почти идиллическое окошко с "идеальным дуэтом" Капитана и Андроида.
   Калеб взял планшет, нажал "Отправить" и, не сказав больше ни слова, развернулся и ушёл в сторону ангаров.
   Лиан провожал его взглядом. Как специалист по частотам, он чувствовал, что ритм Калеба изменился. Это больше не был ровный пульс защитника. Это был прерывистый, болезненный ритм человека, который добровольно ставит себя за скобки.
   Калеб не удалил свою песню после отправки, и Лиан прослушал её. Странное ощущение пришло к нему.
   "Он не просто ревнует", - подумал Лиан, чувствуя, как внутри него самого рождается тревожная мелодия. - "Он будто прощается с чем-то в себе или готовится к чему-то. И я как никто понимаю его".
   Перед глазами Лиана встали образы Миры и Торма, о чём-то вдохновенно беседующих последнее время, и особенно те случайные прикосновения, когда они вместе перевязывают руки Калеба.
  
   Оксана открыла сообщение. На экране появилось изображение: суровое лицо Калеба, смотрящее прямо на неё, и маленькая картинка их с Ксеносом общения, вставленная как немой упрёк или напоминание о пропасти между ними.
   Картинка была громче любых слов. Капитан почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это была не просто ревность солдата. Это была декларация его места в её мире.
   - Оксана? - Ксенос заметил изменение в её состоянии. - Твой пульс участился. Есть какая-то проблема с полученными данными?
   Оксана медленно закрыла планшет.
   - Нет, Ксенос. Данные... предельно ясны.
   Готова ли Оксана теперь сделать шаг навстречу человеку, который чувствует себя лишним на собственном корабле? Или Узор, который они ткут с Ксеносом, действительно не оставляет места для простого человеческого сердца?
  
  Музыка к произведению: Ютуб - Оксана Федорчук
  Менестрель и Волшебница - Капитан и андроид (а я всего лишь человек)
  Оксана и Ксенос - Глава 040 - Оксана и Ксенос (Ревность)
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"